April 26th, 2009

peace

Симбиоз

У нас на чердаке живут крысы. Когда я выключаю свет и ложусь в кровать, я слышу, как они бегают, пищат, скребут коготками. А еще они грызут. Интересно, что они грызут? Наверное, потолок. Я пытаюсь представить, что будет, когда они прогрызут дырочку. Что я увижу сначала - длинный крысиный хвост или наглую усатую мордочку? А может, они начнут прыгать вниз, одна за другой. Интересно, сколько их там? Лучше бы они прогрызли потолок над ванной комнатой. Дверь в ванную обычно закрыта. Если на меня ночью начнут прыгать крысы, я точно проснусь и испугаюсь. Гораздо лучше было бы утром, ровным счетом ничего не подозревая, отправиться в ванную, открыть дверь и встретиться с голодным полчищем крыс. Во всяком случае, я успею вскочить на стул и призвать помощь.

У нас в районе живут совы. Жалко все-таки, что не у нас во дворе. Их часто видно вечерами: черные совиные силуэты на соседней крыше. Он очень музыкально ухает. Она отвечает не менее музыкально - всегда ровно на один тон выше, как и полагается всякой уважающей себя женщине - и прилетает. С недавнего времени появился третий - неуклюжий, взъерошенный и совсем никак еще не ухающий. Когда взъерошенный научится ухать, придумаю ему мужское имя. Или женское - если будет ухать ровно на один тон выше.

У нас в доме живут люди. Когда они плачут, я стараюсь погладить их по голове и как-нибудь утешить. Иногда плачу и я. Тогда роли меняются, и утешаемые вчера становятся утешающими сегодня. И вот что интересно: утешаемый сегодня обычно с трудом верит, что сам утешал вчера. А утешающий сегодня не может понять и вспомнить, зачем и о чем он недавно плакал. Но пока есть, кому плакать, и есть, кому утешать, жизнь в этом доме не кончится.