April 25th, 2018

telephone, телефон

Из жизни биороботов

Я проверяю студенческую домашку, а лорд Грегори сидит напротив и складывает модульное оригами: кусудама, тридцать одинаковых бумажных льдинок, математично собирающихся в шарообразный многогранник-икосаэдр, вечности подобный. Нет занятия медитативнее для человека с лёгким обсессивно-компульсивным расстройством. Чистые формы, тонкие пальцы, точные дживения, застывшее сосредоточенное лицо. Прикрыв ноутбук, любуюсь с минуту, а потом спрашиваю: "Ну как? Уже сложил бесконечность?" Лорд, не отрывая глаз от бумаги, роняет: "this is interestingly complex." Это высшая оценка: красота изящного алгоритма мало с чем сравнима. Тут Грег внезапно останавливается и поднимает просиявший взгляд: "Да это же d20!" Кубик, который шарик, двадцатигранный символ ролевых настолок, амулет истинного гика. Наша романтика - эльфы, тролли и математика!

Наша взрослость тоже хороша: когда в доме заканчиваются сладости, мы пополняем запасы с методичностью маньяков: пачка тянучек - в прямоугольную жестянку, ириски - в квадратную, карамель - в керамическую банку с неплотно прилегающей крышкой, а jelly beans - конечно же, в круглую прозрачную баночку, в которую так здорово запускать руку, не глядя. Соответствие формы и содержания оптимизировано не только эстетически, но функционально и пространственно. Когда мы выкладываем гору конфет на кассу, у кассирши расширяются глаза: "Кто же, интересно, будет всё это есть?" Переглядываемся: мы - взрослые, и теперь нам решать, что это значит.

...На Пасху подруга дарит мне крашеное яичко - и три стеклянных банки мелких морских раковин. Спрашиваю: откуда такие сокровища? Она говорит: мы с сестрой собирали их всё детство. Целых двадцать лет. Теперь мне хочется, чтобы они жили у тебя. Так мне доверили на хранение чужое детство. Думаю, это добрый знак.