Anna Sergeevna Bosman (Rakitianskaia) (anna_earwen) wrote,
Anna Sergeevna Bosman (Rakitianskaia)
anna_earwen

Second Semester

Открыла семестр. Перед тем, как открыть семестр, отчаянно носилась по четвёртому этажу, пытаясь открыть хотя бы аудиторию. Мои студенты, ещё не подозревающие, что они мои, смиренно топтались у запертых дверей. А потом смиренно ждали, пока загрузится компьютер, пока откроются слайды, пока я прицеплю микрофон куда следует. Они славные: молчат, слушают, смотрят, спрашивают. И всё равно мне снова придётся привыкать к ним, чтобы голос перестал срываться, а мысли - разбегаться, чтобы английский не отключался посередине, как севшая батарейка. Всё равно я их боюсь. (Диалог с лордом: "Я боюсь!" - "Нормально, it's the human condition: мы всегда боимся." - "Я боюсь больше, чем обычно!") Всё равно я к ним привыкну, запомню их лица, причёски и надписи на футболках, слегка оперсонажу, немного полюблю. После лекции подошёл студент из прошлого семестра: "Nice to see you again, Анна!" И ещё один, пока незнакомый: "Мисс, мы всю лекцию пытались разгадать ваш акцент... Вы откуда?" Третьего я подслушала: он на выходе встретил товарища и поделился опытом: "How was it?" - "T'was alright." Могло быть хуже, я считаю. Но завтра высокие ставки: та же группа, семь-тридцать утра, шанс отыграться. В среду - новая партия, белый лист. Мне ужасно хочется сделать это хорошо. Может, потому, что я нечаянно провозгласила лекторство своим законным ремеслом?

Но до чего же трудно оно даётся! Зато я чувствую, что не ем свой хлеб даром. В моей вселенной это важно. Пять дней, шесть лекций, три сотни студенческих голов. И когда тут сесть и рассказать о Китае? Один свой пекинский будень, состоявший преимущественно из метаний по Западному железнодорожному вокзалу, я рассказывала лорду, как сериал: по кусочку в день. Хватило на неделю. Самое же красивое я и вовсе не тороплюсь вынимать из сердца и оборачивать в слова: всё-таки и это - сродни фотографии, а мне хочется подержать его в личных тайниках нетронутым, неизменным. В общем, я ещё немного почахну над златом в молчании. А потом оно из меня каким-нибудь образом выйдет.

В Сиане сейчас стрижи орут над древней колокольней с загнутыми скатами крыш, и китайские девушки с красивыми суровыми лицами переодеваются для концерта в цветные балахоны - одна из них будет монотонно бить в большой узкий колокол Бо тяжёлым молотом, хорошенько ухватившись за длинную рукоятку, пока её подруги быстро перебирают колокольчики поменьше и позвоньче палочками половчее. Китайские колокола поют странно, по-птичьи. Или по-кошачьи? Голосом земли, а не голосом неба. Но застываешь ты всё равно, и стоишь, как камень - белый, гладкий, тяжёлый, не знающий времени. Зато окарины в подземном переходе поют легко и совсем по-человечески, музыкант играет и приплясывает, и если захочешь - услышишь развесёлую ирландщину, потому что танец - это быстро и весело, чтобы сердце сбилось с такта, что на Западе, что на Востоке. Когда он перестаёт играть, он бросается вырезать на гладких боках чёрных окарин драконов, птиц и бамбук, и наши западные имена "по-китайски" - чем бы турист ни тешился, лишь бы мимо не ходил. Это как со скорпионами на палочках, которых мы видели на пекинском базаре: скорпионы перебирают лапками, туристы морщатся и фотографируют, а местные, я уверена, смеются с нескрываемой издёвкой: "Ты посмотри на этих идиотов, они же клюнут!"

Окарина тяжёлая и тёплая, ложится в ладони, как большое яйцо - не дракона и не феникса, которыми завалены прилавки, а той неведомой зверушки, что уселась на загнутом коньке старой серой крыши и потихоньку обрастает мхом, чуть морщась на обступившие провода, но, в общем, не слишком из-за них расстраиваясь: провода - они как пыль, сегодня есть, через сто лет - след простыл. Что ей до них.
Tags: maid in china, пеппи синийчулок, пылища дальних стран
Subscribe

  • It's all a part of the Tale

    "Little, Big" - просто-напросто книга о моей семье. Зачарованный круг, который никогда тебя не отпустит, повседневная потусторонность, пара…

  • Week 34

    Я больше не приношу домой ультразвуковых портретиков подрастающей, как хлеб в духовке, Зины: во-первых, она повернулась вниз головой, а также спиной…

  • 34

    Мне 34, и лорд Грегори печёт шоколадный торт, отказываясь от помощи. Всё, что я могу - это растаять от нежности в лужицу, потому что, во-первых, я…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 29 comments

  • It's all a part of the Tale

    "Little, Big" - просто-напросто книга о моей семье. Зачарованный круг, который никогда тебя не отпустит, повседневная потусторонность, пара…

  • Week 34

    Я больше не приношу домой ультразвуковых портретиков подрастающей, как хлеб в духовке, Зины: во-первых, она повернулась вниз головой, а также спиной…

  • 34

    Мне 34, и лорд Грегори печёт шоколадный торт, отказываясь от помощи. Всё, что я могу - это растаять от нежности в лужицу, потому что, во-первых, я…