Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

road

Midnight in Kyoto

Последний автобус, последняя ночь, у нас ужасно болят ноги, но когда и кого это останавливало? Настя решительно допивает чай, и мы едем в Гион, который готовится к Мацури: вдоль дорог развешивают бумажные фонарики, чтобы духи не заблудились. Мы следуем за фонариками, как те духи. Ночная Япония - моя любимая Япония.

IMG_6639

Collapse )
telephone, телефон

Convergence

Джакаранда зацветает: её почти не видно, но уже слышно в воздухе медовый и прелый запах африканской весны. Срединных состояний не существует, я сменила свитера на сарафаны, цветы стали вином, так и не став плодами. На юге нет старости, есть только жизнь - а потом сразу смерть. Мгновенная, как джакаранда.

"И всё-таки мы - изгнанники северных земель," - говорю я лорду. Лорд ведёт машину сквозь желтоватую ночную пустоту, на холмах светятся городские созвездия, над холмами мерцает звёздный скорпион, под холмами спят сумеречные львы. Не потревожь их сон, не спугни ночную птицу. Мой компас указывает на север, моё сердце указывает на юг. Прощай, старый мир, я долго летела сквозь космос, но всё же выбрала Марс. Совсем немного - и я тоже стану смугла и золотоглаза, выучу язык зверей и птиц, меня перестанут бояться огромные ночные мотыльки и прозрачные гекконы. А я перестану бояться конвергентности.


IMG_3935

Collapse )
books and owls

Orbital

Определённый плюс жизни с биороботом - точная настройка всех видимых и невидимых внутренних швейцарских часов, биоритмов и орбитальных циклов. Не знаю, как, но Грег успешно отучил меня от бессонницы и проникновенных постов в третьем часу утра. А когда-то в этом ЖЖ был специальный тэг: "заполночное"! Пора переименовать его в "предрассветное": теперь мы встаём в шесть часов утра без будильника, и это даже не кажется мне надругательством надо всем, что свято. Я успеваю досмотреть сны, а в промежутке между шестью и семью читаю захватывающую историю об открытии гравитационных волн. Мир взял - и сложился в хайку, астрономия свалилась в мою жизнь трёхмерной моделью. Наверное, пора расчехлить телескоп и навести его на Марс, который как раз проплывает мимо Луны as we speak. Гравитационные волны впервые засекли всего пару лет назад - представляете? Неизвестности - столько, что невозможно не думать о португальцах эпохи великих открытий, готовящих каравеллы к походам в открытый космос. Солнечный ветер хлопает ставнями окон. Ещё пара недель - и я снова нырну в тёплое море научных докладов. Всего пара недель. И всего одна неделя до самолёта. И всего один день до внутрисемейного землетрясения. И всё это - хорошие вести.
books and owls

Extraterrestrial

Итальянский акцент укачивает, как морские волны: вверх-вниз. Я сегодня весь день слушала астрономические доклады, и голова моя полна чёрных дыр и спиралевидных галактик. Астрономы чётко ставят цели: (1) реконструировать историю вселенной, всю, целиком; (2) проверить Млечный Путь ещё разок: вдруг мы проглядели-таки инопланетные цивилизации? Если это - не работа мечты, то я не знаю даже.

На одной из демонстраций докладчик наводит вебкамеру на аудиторию, и нейросеть аккуратно обводит всех присутствующих рамочками. Все люди как люди, и только меня умный алгоритм считает человеком процентов этак на 40. Соседи веселятся: "Смотри-ка, Аня - не человек!" - "Вот мы и раскусили тебя, андроид!" И не поспоришь ведь.

Завтра - последний день космического карнавала: Энтерпрайз ищет добровольцев. Лихорадочно листаю научные статьи и подсчитываю, где и у кого украсть время. Инопланетные цивилизации, here I come!
books and owls

(no subject)

В холмах оглушительно пели цикады - так громко и бесконечно, что всякое "с" в собственной речи безнадёжно тонуло в их стрёкоте. На небо выкатилась круглая луна. Мы навели на неё телескоп и откупорили шампанское. В полночь какой-то дядечка вышел в поле и изобразил звуки фейерверка: пиу! пиу-пиу!

Странно видеть в сегодняшней дате восемнадцать вместо семнадцати. У меня много планов и решимости, may the force be with me. Пиу! Пиу-пиу!

IMG_6344

Collapse )


И, конечно же, - с днём рождения, профессор Толкиен. Nothing is forgotten.
books and owls

Stranger things have happenned

Сдала последнюю пачку оценок на факультет и чувствую себя домовым Добби, которому подарили носок: вид мой по-прежнему жалок, а коэффициент полезного действия - сомнителен, зато свобода безусловна. Роюсь в припасённых научных статьях и незакрытых вкладках, словно в коробке с шоколадом: всё такое вкусное! Надеюсь, мне хватит пыла на рывок - надо только спрятаться хорошенько от духа рождества и запустить эксперименты. Скоро, скоро пряничный домик придёт по мою душу. А пока можно затаиться - и тихонько отгрызть от гранита науки кусок побольше. Время пошло.

Ещё я сегодня окончательно закрыла звездолётческий гештальт: "Куда ты поедешь первым делом, получив права?" - спрашивал лорд Грегори. "На макарунную фабрику!" - отвечала я, не моргнув глазом. И вот этот торжественный момент настал: 12 сложносочинённых макарунов (или макаронов? Но не макарон, конечно, а буржуйских миндальных пирожных) - и дорога в терру инкогниту и обратно. Выезжая с макаруновой парковки, я свернула-таки столбик на заборе - без последствий для звездолёта, зато с последствиями для столбика. Макаруны, однако, были добыты, и будут съедены.

Столбик свидетель, меня пока трудно назвать хорошим водителем, и на жёлтый свет я чаще жму газ, чем тормоз, и передачи переключаю без предупреждения. И тем не менее: мне _нравится_ управлять звездолётом. И психологически, и эстетически, и даже кинестетически. Это самый настоящий опыт of empowerment. И ещё в машине можно громко подпевать Тори Амос и Кейт Буш, задраив люки. Предвкушаю новогоднюю поездку на кулички по хайвеям да сквозь степь, то бишь саванну: газ до отказа, одной ногой в рай!

Продолжая хронику: последние ноябрьские вечера мы с лордом смотрели "Stranger Things" - в тёмной комнате, с тыквенным супом наперевес. Мне кажется, если бы талантливый Саймон Сталенхаг снимал кино, он снял бы именно это и именно так: с ностальгическими восьмидесятыми и настоящим детством, настоящей жутью, настоящими друзьями и мамой, совершенно по туве-янссоновски спешащей тебе на помощь. Мне ужасно, ужасно нравится интонация: сквозь жуть и нагнетание - нежность и узнаваемость, домашняя, уютная безысходность, родная до самых косточек. И несгибаемость человеческого духа, конечно же. Это люди всего чуть-чуть старше нас снимают кино о себе самих. Интересно, как будет выглядеть ностальгия по девяностым?
road

О медленных процессах и внезапных превращениях

Вот так отвернёшься на минутку недельку - а орхидеи джакаранды уже зацвели. Отмечаю их краем глаза, пока еду на работу. Самостоятельно, по холмистой дороге вверх-вниз, сквозь утренний трафик студентам навстречу. Вот так отвлечёшься на минуту - и уже вдруг водишь автомобиль без судорог в коленках. Скоро я начну слушать за рулём музыку, а там и подпевать. И нет дискретной точки до и после, есть лишь плавное перетекание из отсутствия умения в присутствие его. Так же постепенно уходит страх, так же незаметно и медленно отпустила меня когда-то древнерусская тоска, так же долго я выращивала любовь из тыквенного семечка: семь лет, быстрее не бывает. Импульс мгновенен, медлен процесс, обернёшься - удивишься.

Я вернулась из Чехии с насморком, странными штуками и кучей картинок. Например, невозможно было поехать в Чехию и не заехать в Прагу, в этот центрально-европейский город-торт, идеальный фон для бутафорских сказок моего детства, настоящей которых так ничего и не придумали:

IMG_5935

Collapse )
road

Rocket science

Завтра я, поскрипывая сердцем и старыми костями, пойду записываться на экзамен, страшный, ужасный и неизбежный: по вождению. Настало время космических скоростей! Обзавестись правами в стремительном 2017-м году будет, по крайней мере, логично. Я всё ещё избегаю утренних пробок, но уже довольно бодро, почти без судорог в коленках, доставляю звездолёт от универа до дома под холмом. Кажется, у меня есть только два водительских модуса: избыточно вежливая английская старушка-тихоход и пресловутый русский с птицей-тройкой в анамнезе. Угадайте, кто включается чаще.

Сдать на права - и укатить к дубненским соснам на неделю. Осознать новую степень свободы в начальной точке сборки. Все важные события своей жизни я так или иначе окунаю в Волгу, по завету русского нео-фольклора. Помнишь меня, Солярис? Я еду пересчитывать твои атомы, перебирать твои сосновые косточки, собирать зелёные нейтроны, словно чернику в лесу.

Год самолётов, год дорог над облаками. В день своего рождения я пеку шоколадный торт, разворачиваю подарки, рассовываю по бутылкам розы, подаренные папой, пью чай с сестрой, целую лорда, собираю чемодан - и лечу на конференцию по эволюционным алгоритмам: в Бискайю, в Испанию, в заколдованную страну Басков, говорящих на языке, неведомом даже Риму. Иногда мне кажется, что я получаю не по заслугам, а из-под полы, контрабандой - не по справедливости, а по любви, случайно и щедро.

От алгоритмов птичьих стай я давно отбилась, я вообще давно отбилась от рук, меня интересуют только мыши искусственные мозги, поэтому на конференции я слушаю и наблюдаю легко и почти не предвзято - редкость, однако. Андрис Петрониус благословил своим присутствием одну из аудиторий, выпил с нами сидра и был таков - чего ещё вы хотели от трикстера себе-на-уме? С нами - это со мной и с Т., с тем самым Т., который однажды возил нас с Э. в ламантиновое паломничество по старому новому свету под нескончаемый джаз. Э. с тех пор вышла замуж не за Т., что по-прежнему повергает меня в лёгкое уныние - впрочем, Господу видней, а я отвлекаюсь.

Как видите, конференции в моей жизни - сугубо семейное дело. Треть человек я уже знаю в лицо, доброй дюжине могу радостно улыбнуться: привет, я не помню, как тебя зовут, и не помню, из какой ты страны, но помню, о чём твоя диссертация!

К нам с Т. прибивается компания чехов с Михалом во главе - тем самым, что подарил мне плюшевого крота-в-городе, если вы знаете, о чём я. Мы косплеим аристократию на банкете, передавая друг другу бокалы с шампанским, и травим бесконечные алгоритмические шуточки. Михал - старый знакомый, долговязый очкарик с бритой головой, хитрым лицом и отличным чувством юмора, с ним можно говорить о хаотических системах и культурных особенностях пост-советского пространства. Мы видимся не реже двух раз в год в самых непредсказуемых точках планеты. Маленькой, маленькой планеты, которую я по-прежнему не знаю почти ни на йоту. Что знала я о Стране Басков до того, как оказалась здесь? Ровным счётом ничего. Я изучаю историю и географию этого мира понемногу: на ощупь, на вкус, наугад.

В зале пленарных заседаний перед докладом звучит ненавязчивая музыка. Вслушиваюсь: nothing really matters, anyone can see... Ого, кажется, нас раскусили!

Две пленарки, одна за другой: дифференциальная эволюция двадцать лет спустя, из уст отцов-основателей Сторна и Прайса. Михал наклоняется и шепчет: "Перед тобой - боги эволюционных алгоритмов!" Посмеиваюсь: о да, Американские боги! В студенчестве эти двое придумали хороший метод, потом один из них стал отличным бизнесменом с ослепительной улыбкой, другой... так и остался вечным студентом. Один из них выходит на кафедру в идеально сидящем костюме, другой - в старой футболке, мятых джинсах и ослепительно-красных кроссовках. Угадайте, кто мне нравится больше.

Я брожу по секциям без прицела, собираю в блокнот идеи для экзаменов, пью горький кофе и любуюсь людьми. На секции по искусственному иммунитету подтверждаю свою догадку: искусственный иммунитет скорее мёртв, чем жив. Надо честно доложить об этом Андрису Петрониусу и студентам. Зато роевой алгоритм живее всех живых, и скоро улетит на Юпитер на самом настоящем звездолёте. Улыбаюсь: so this is rocket science, after all.

А после конференции мы остались в Доностии на выходные. Мы - это я и Т., друг, товарищ и гик. Но о Доностии преступно рассказывать без картинок. Я подожду.