Tags: друзья

peace

Добро пожаловать в двадцатые

С новым годом, друзья, эльфы, тролли и все-все-все! Пусть в новом году будет меньше тревоги и больше радости, пусть для каждого найдётся место, где ему хорошо. Пусть хватает сил, вдохновения и времени, особенно на самые важные на свете пустяки. Пусть дорога вьётся между холмов, а попутный ветер подталкивает в спину. Пусть верно служат ваши зонтики, мётлы, воздушные шары и прочие средства воздухоплавания. Следуйте своим курсом!



Collapse )


Вчера я поехала к родителям - помочь с новогодней готовкой, а к вечеру улизнула: встречать новый год вдвоём с лордом. Потому что родительский сабантуй - это настоящий бал-маскарад до утра, а нам хотелось новогодней ночи для тихонь: немного сказочной и почти бесшумной. У нас всё ещё нет мебели, поэтому лорд свил гнездо из одеял и подушек прямо на полу, мы запаслись едой и лимонадом, зажгли все свечи и гирлянды, которые отыскали, и устроились смотреть "Песнь Моря". В полночь взяли бутылку шампанского и выбрались на балкон в пижамах - смотреть и слушать фейерверки. Если я проведу год так, как встретила его, то мне точно нечего бояться.

Так выпьем же за то, чтобы всем нам в 2020 было нечего бояться.
telephone, телефон

Happy New Year!

Эй, лента, с новым годом! Пусть новый год будет лучше старого, пусть пластилиновый мир меняет под пальцами форму, пусть гирлянды целей и смыслов не перегорают, пусть свечи не гаснут, а все балы и игры стоят этих свеч, пусть выбор, который должен быть сделан, будет сделан, пусть всё превращается в золото, пусть не скудеет человеческая речь ― и пусть сами мы не оскудеем, не закончимся, не остановимся. Вперёд и вверх, со всем безумием и со всей отвагой!

“But the world is sleeping in ignorance and error, sir, and we must be crowing cocks, and singing larks, and a rising sun to awake her; or else we'll pull society up to the roots, and plant it in a different place. We'll build Alms-houses, and transcendental State prisons, and scaffolds ― we will blow out the sun, and the moon, and encourage invention. Alpha shall kiss Omega ― we will ride up the hill of glory ― Hallelujah, all hail!”

― Emily Dickinson, Selected Letters

IMG_7288

Collapse )
telephone, телефон

Из жизни биороботов

Я проверяю студенческую домашку, а лорд Грегори сидит напротив и складывает модульное оригами: кусудама, тридцать одинаковых бумажных льдинок, математично собирающихся в шарообразный многогранник-икосаэдр, вечности подобный. Нет занятия медитативнее для человека с лёгким обсессивно-компульсивным расстройством. Чистые формы, тонкие пальцы, точные дживения, застывшее сосредоточенное лицо. Прикрыв ноутбук, любуюсь с минуту, а потом спрашиваю: "Ну как? Уже сложил бесконечность?" Лорд, не отрывая глаз от бумаги, роняет: "this is interestingly complex." Это высшая оценка: красота изящного алгоритма мало с чем сравнима. Тут Грег внезапно останавливается и поднимает просиявший взгляд: "Да это же d20!" Кубик, который шарик, двадцатигранный символ ролевых настолок, амулет истинного гика. Наша романтика - эльфы, тролли и математика!

Наша взрослость тоже хороша: когда в доме заканчиваются сладости, мы пополняем запасы с методичностью маньяков: пачка тянучек - в прямоугольную жестянку, ириски - в квадратную, карамель - в керамическую банку с неплотно прилегающей крышкой, а jelly beans - конечно же, в круглую прозрачную баночку, в которую так здорово запускать руку, не глядя. Соответствие формы и содержания оптимизировано не только эстетически, но функционально и пространственно. Когда мы выкладываем гору конфет на кассу, у кассирши расширяются глаза: "Кто же, интересно, будет всё это есть?" Переглядываемся: мы - взрослые, и теперь нам решать, что это значит.

...На Пасху подруга дарит мне крашеное яичко - и три стеклянных банки мелких морских раковин. Спрашиваю: откуда такие сокровища? Она говорит: мы с сестрой собирали их всё детство. Целых двадцать лет. Теперь мне хочется, чтобы они жили у тебя. Так мне доверили на хранение чужое детство. Думаю, это добрый знак.
telephone, телефон

It all began on a Monday morning

...Между телеграмом и инстаграмом (я правильно склоняю?) выбрать инстаграм, потому что жизнь как комикс - подходящий жанр, а пографоманить я и в ЖЖ успею. Двадцать первый век шагает по планете, мой телефон реинкарнировал из доисторического в чуть менее доисторический, и я бодро множу сущности с утра пораньше. Кто его знает, может, и до телеграма доберусь? Давайте пароли и явки, иначе как шпионить за вами.

https://www.instagram.com/annaearwen/
top hat

Ramblings

Прочла первую лекцию: за час еле-еле добралась до проблемы исчезающего градиента. Завтра ещё три часа на полторы сотни слайдов - и невозможно, невозможно ничего вырезать, всё такое вкусное! На этот раз у меня не тряслись коленки и не дрожал голос, и вообще прошло всё тихо и мирно... Даже как-то слишком тихо и слишком мирно. У меня запущенная адреналиновая аддикция, немедленно подайте сюда американские горки! Постараюсь завтра более красочно танцевать у доски. Благо, материал резко пойдёт по нарастающей. Больше драмы, больше саспенса, искусственный интеллект снова прикидывается человеком!

Здесь снежно, снег летит с неба огромными хлопьями с утра и до самого вечера. Снег холодный и мокрый, и совсем не лепится - он пушистый, как облако, им можно только любоваться. Мы сидим в преподской кафешке после лекции, за окном - поросший лиственным лесом холм, чёрно-белая зимняя графика, ветки обведены снегом, земля укутана сугробами, и снежинки кружатся в рождественской раме окна. Говорю вслух: "Совсем как в Нарнии." Венгерско-немецкий канадский профессор Брайан, у которого помимо преподства есть ещё ферма и десяток лошадей, откликается на пароль отзывом: лев, колдунья и платяной шкаф! Бетти не понимает, о чём мы. Перебивая друг друга, пересказываем ей знаковый эпизод.

И ещё милых канадских мелочей: в пиццерии подвешенный к потолку телеэкран занимает посетителей увлекательными вопросами. Читаю: "Какого цвета кровь у Мистера Спока?" Думаю: а вот была бы здесь Амарин - она бы ответила. Амарин, тебе привет от канадского телевизора.
peace

Begin at the beginning, and go on till you come to the end.

Плавить шоколад в сливочном масле - истинное воплощение гедонизма и эпикурейства. Как и вся готовка из шоколада, чего уж. Это я сегодня устроила на кухне матч-реванш: спалив напрочь целую сковородку оладьев, испекла божественные брауниз, растопив в кастрюльке остатки испанской шоколадки. Плавься, плавься, шоколад, вари, горшочек, вари: Андрис Петрониус не благословил меня в этом году на конференции, но благословил на диссер. Пишись, диссер, пишись. В пятницу я глубокомысленно открыла файл и вписала три эпиграфа: два из Льюиса Кэрролла, один - из Властелина Колец. Считаю, начало положено.

Кажется, это будет год без дальних странствий. Почти: в Канаду я всё же слетаю, на неделю, через неделю. Отмечаю левел-ап: в прошлом году весь январь прошёл в экзистенциальном ужасе; в этом году я спокойна, как удав. Неизвестных точек всё меньше: я знаю, чего от себя ждать. Нормальных лекций, например. И абстинентного синдрома. Изучать искусственный интеллект - всё равно что готовить из шоколада.

В позапрошлый четверг я распивала сидр с бельгийским братом, в прошлый четверг я была у него в гостях: мы играли в настолки вчетвером - я и лорд, Жульен и его девушка. Старая дружба по-прежнему кажется мне сродни телепатии, ничто не сравнится с невербальным потоком коммуникации, смывающим стены, словно цунами: просто есть люди, из которых ты сделан, и Жульен - один из них. Я знаю, что с ним будет легко говорить - всегда и о чём угодно. Насколько всё же вторична объективная тема беседы - да и речь в целом - по сравнению с субъективным контактом. Если я люблю тебя - неси любую чепуху. Если нет - ну, что поделать.

И немного картинок из недавних странствий: тут тоже есть люди, которых я люблю.

scan_20180128_0006

Collapse )
telephone, телефон

Предупреждая события

Завтра мы с лордом отчаливаем в безинтернетную глушь до второго января, и, пока я решаю, что читать на каникулах (Толкиена, Толкиена или Толкиена?), можно написать сюда что-нибудь, по возможности новогоднее. Потому что я люблю все эти придуманные человеческие вехи, я вообще люблю придуманное, а ещё я люблю ЖЖ, и всех, кто в нём остался.

Милые все! Пусть в новом году нам повезёт. Пусть мы друг у друга будем, а у нас пусть будет весь мир. Ни много ни мало.

IMG_6232

Collapse )
telephone, телефон

Not this crude matter

Прокрастинирую: вместо того, чтобы писать код и гонять эксперименты, замесила тесто на печенье - не пропадать же новообретённым формочкам? Совершенно рождественский запах у ладоней теперь: масло и коричневый сахар, какао, корица, имбирь, мускатный орех, светлая патока, шотландский виски. Выпечка - идеальная терапия тревожности всё же, тактильная и заземляющая. В пряничном домике невозможно быть несчастным. Ну и вообще - я за конструктивный эскапизм.

Помыть посуду, испечь печенье, дописать код - и провести вечер с прекрасными гиками за RP и настолками. А вчера мы той же компанией смотрели "Звёздные Войны" на огромном экране, и я вжималась в кресло, когда прямо на нас со скоростью света мчался очередной звездолёт. Luminous beings we are.
road

Из нерасказанных историй-2

...После Гугенхайма, чуть пришибленные, мы с Э. идём искать ужин. Обожаю королевскую испанскую архитектуру: избыточный девятнадцатый век, замковые башенки на углах зданий, все эти невозможные виньетки, а то и вовсе сказочный, умытый модерн, почётно вставленный в рамку. Я прилетела сюда прямо из Москвы, и мне бросается в глаза разница: в Москве модерн купеческий, вываливающийся из окон, здесь - тонкие узоры на королевской парче. Впрочем, любым модерном можно упиваться, он всегда мифический и эстетский.

На следующий день начинается школа, и мы проваливаемся в неё, словно в бездонный колодец. Лекции с девяти до девяти идут с кратким обеденным перерывом, за первые два дня у нас знатно распухают головы. Deep learning - модная нынче тема, на школу собралось 1500 человек - студенты, профессора, профессионалы из IT-индустрии. Кажется, это и есть современная алхимия: способ делать золото из каких угодно данных. Мы знакомимся с Рафаэлем и Эленой из Мадрида: их заслали сюда с чисто алхимическими целями. Рафаэль - кудрявый благородный дон с испанской бородкой, у Элены тонкое лицо и длинные пальцы, она красиво жестикулирует, рассказывая, какое нам надо попробовать вино (Чаколи!). После каждой лекции (3 часа!) Рафаэль поворачивается к нам со словами "Ну что, умники, did it make sense to you?" или "У меня вопрос!" Кофе-брейки расходуются именно на это: сравнить пометки, объяснить друг другу непонятное.

Марк-Аврелий из Фейсбука открывает мне глаза на ResNets - конволюционные сети с прямыми соединениями между слоями. Джордж Цибенко бросает вскользь: human existence is low-dimensional (человеческое существование маломерно): всего-то 89 битов достаточно, чтобы описать всё, что видели человеческие глаза с самого сотворения мира. Нейробиолог объясняет на пальцах, почему обратное распространение ошибки не работает в человеческом мозгу. Мы вообще совсем не то, что нейронные сети, как бы ни хотелось нам верить в обратное. И я делаю скептическую мину, когда один из лекторов, молодой геймер, рассказывает взахлёб, что скоро, скоро не мы, а нейронные сети будут писать книги, сочинять музыку и делать игры, в которые играют люди. Нет, нет, не скоро. Мне кажется -- никогда, но я идеалист и верю в человека. Если граница между человеком и роботом становится размыта - кажется, это мы размываем её в первую очередь. Может, нам просто нравится должность демиургов? Майк Мозер, бывший наставник самого Шмидхубера, рассказывает, как он натыкал датчиков в собственном доме и научил дом включать и выключать свет сообразно его, майковскому, поведению, и варить кофе к завтраку. Но мы не умеем делать безличное: Майк скоро заметил за собой, что торопится домой с работы: ведь скоро шесть, дом ждёт, дом волнуется! Брэдбери бы одобрил.

На последней лекции в качестве примера выученного нейросетью алфавита привели тенгвар, эльфийско-толкинские руны. Потому что. И сразу понимаешь, что ты дома.

Ещё один вывод с летней школы: а я, оказывается, нормальные лекции сделала по тому же предмету. Вполне. Можно перестать комплексовать. И это, конечно, из рубрики "итоги года".

Вся неделя проходит в ученическом угаре. Мне нравится вставать с утра пораньше, завтракать за одним столом с новыми знакомыми, и идти на лекции по утреннему городу - через мост, мимо трамвайных рельсов. В перерывах мы успеваем сбегать в город в поисках черешни - и найти её (сначала найди черешню, потом - Христа). Мешочек черешни селится в рюкзаке рядом с ноутбуком, я тайком таскаю ягоды во время лекций. Кажется, на дне рюкзака до сих пор валяется пара вишнёвых косточек.

А после лекций можно шататься по городу в поисках хлеба и зрелищ и рассказывать друг другу о детстве, или докапываться до научных истин, или строить планы на будущее. До кельи я добираюсь не раньше одиннадцати и немедленно валюсь спать. В один из вечеров с улицы вдруг доносятся звуки оперы - на грани слышимости. Заворожённо вслушиваюсь, раздумывая: не выйти ли на площадь, не последовать ли за дудочкой крысолова? Засыпаю прежде, чем успеваю что-то решить. Эта тайна не будет разгадана.

После школы у нас с Э. остаётся ровно один день, который мы торжественно посвящаем праздношатанию. Мы бродим по улицам старого города и заходим в магазинчик шоколада ручной работы. Испанская тётушка на кассе заводит беседу: "Какой прекрасный солнечный день сегодня! Вы, наверное, собираетесь на пляж?" - "Куда, простите?" Так мы узнали, что из славного города Бильбао можно добраться до большой воды. Мы резко меняем планы: празндношататься не просто так, а в сторону Атлантики, в сторону Кельтского моря. Наспех изучив карту, садимся на электричку.

Кажется, к морю нас выводит прежде всего голос сердца. Потому что гугл расходится в мнениях с самим собой, а "местное население", за которым мы пытаемся тихонько следовать, оборачивается французскими туристами, такими же потерянными, как и мы. Однако, упёртость побеждает: до моря мы всё-таки дошли. И, несмотря на сгущающиеся тучи, съели по мороженому, сидя на песке. Какие-то вещи в этом мире незыблемы, и мороженое у моря - одна из этих вещей.

А потом мы вернулись в старый город - кататься на трамваях, слушать уличных музыкантов, выдувать огромные мыльные пузыри.

IMG_5837

Collapse )
telephone, телефон

Cakes and lasers

Всё-таки я немного соврала в предыдущем посте: помимо формочек для печения, я купила новогодний шар на ёлку и борхесовский справочник выдуманных существ. Интересовавшимся: вы правы, у мантикоры нет крыльев, зато есть человеческое лицо и хвост скорпиона. Теперь сижу и гадаю, как зовут крылатых львов. Сложна биология фантастических тварей! И хорошо, когда есть люди, желающие обсудить эту биологию со всей серьёзностью.

Ещё я купила билет на поезд Прага-Острава, Богемия-Моравия, второй класс. Нет ничего лучше поездов, особенно таких: гарри-поттеровских, с сидячими купе, откидывающимися столиками, задвигающейся стеклянной дверью и зеленовато-золотым миром за окном. Дверь открывается, проводница предлагает что-нибудь купить, мы рассеянно берём кофе, и только когда она уходит, восклицаем хором: надо было просить шоколадных лягушек!

Четыре часа в одну сторону не успеваешь заметить за работой и разговорами. Нтомби, выросшая в настоящей зулусской семье, заводит разговор о сказках: почему мы так любим их? В африканском фольклоре сказочные истории - о чудовищах. Она смеётся: а может, это просто её дядюшка любил пугать детей. А в европейском? Спорим об архетипах, детстве, понимании и ощущении мира. Сказки, которые я люблю больше всего - об инаковости, неотмирности, зазеркалье. Инаковость как модус познания, неотмирность этого мира как главная его суть. Такое... человеческое, на самом-то деле: одушевление себя и мира. Как сделать живое ещё более живым? Киваю на лес за окном: невозможно вырасти здесь и не верить в эльфов, в общем-то. Э. задумчиво подпирает подбородок ладонью: но в Южной Африке нет леса. Зато неба там много, и звёзд на нём не сосчитать. Может быть, поэтому рассказы о межгалактических странствиях она всегда любила больше сказок: "Космоса было так много, а меня - так мало, что казалось, будто он проглотит меня целиком." Я внезапно вспоминаю, что в детстве ужасно боялась инопланетян: спасибо бабушке и её подписке на газету "Третий Глаз". Таинственное - рядом!

Поезд прибывает, нас подхватывает трамвай, Острава обнимает меня пост-военным советским нео-классицизмом, огромными арками, широким центральным проспектом - наверняка если пройти до самого конца, упрёшься в Ленина. Кажется, я снова дома.

Мы приехали в Чехию, чтобы основать научный союз и сотрудничество, и три дня подряд читаем друг другу доклады. Я полностью разделяю мнение профессора Зелинки: всё вокруг - фрактал. За совместным ужином в пятнадцать человек профессор Зелинка демонстрирует фракталы в тарелке супа, а мы переводим разговор с науки на литературу: оказыватеся, Михал учился английскому по Роулинг, а Властелина Колец обрёл задолго до Джексона - как я. Я не первый год гадала: что за кольцо он бессменно носит на среднем пальце? Так вот: это кольцо всевластья. Мы ещё долго, долго делимся личным толкинизмом, и радости нашей нет предела.

Михал - отличный хост, он помогает нам заказывать фисташковые пирожные и разыскивать Большую Медведицу в северном небе. Он водит нас октябрьскими тропами, мимо ярко-красных мухоморов и глянцевых каштанов, мимо века девятнадцатого и века двадцатого. Когда мы доходим до русского танка, военного мемориала красной армии, мои африканские знакомцы начинают прикалываться над словом "освободители" в сочетании с "советскими войсками". Я неожиданно для себя читаю маленькую лекцию и перечисляю по именам своих погибших дедов. Один из них был танкистом. Ни один не вернулся. Ещё более неожиданно в образовавшейся тишине Михал говорит: спасибо русским, и спасибо твоей семье, Анна. Отвечаю: всё это было ужасно, и не имеет права повториться. Надо же, какой патриотический пафос, думаю, кусая губу, чтобы не заплакать. И это тоже - личное.

А мы идём и идём сквозь осенние парки, через мосты и музеи, куда Михал проводит нас по студенческим билетам. Вот средневековый замок, отреставрированный на радость детям и брачующимся. Меня не трогают рассказы о привидениях, но неизъяснимой нежностью накрывает в подвале "тайн и загадок": динозавры, инопланетяне, даже чупакабра здесь представлена собственной персоной! Детство, девяностые, бабушка, газета "Третий Глаз", журнал "Чудеса и Приключения" проплывают передо мной. Если кто-то и умел питер-пэновски верить в фей в моей семье - это была бабушка.

В центре Остравы стены домов серые от сажи и копоти. Не потому, что был пожар или война, а потому, что за городом в шахтах добывали металл. Михал ведёт нас на литейную фабрику. Когда-то здесь яростно билось железное сердце индустриализации, теперь ржавеющие груды стоят на потеху туристам, и деревья прорастают сквозь них. Я вспоминаю Машинариум, а ещё - заброшенный рыбный завод на Ольхоне. Романтика полураспада, вечная не-вечность, непрочность прочного, и белые бабочки, разлетающиеся в стороны на стене заводского здания.

Мы бредём поздним вечером по кампусу, и нам жалко расходиться, потому что этот вечер - последний. Одно из универских зданий призывает крупным плакатом: "ЛАЗЕРНЫЙ ЛАБИРИНТ". Что это? - спрашиваем у Михала. Так это же Ночь Науки! - вспоминает он. Если вы думаете, что наша компания пропустила ночь науки, подумайте ещё раз: всё оставшееся время мы слонялись по этажам, изучали электромобили и толкались в очереди с детворой. В лазерном лабиринте я, хоть и очень старалась, всё же задела один луч: значит, не грабить мне банки. Зато вчера приняли в журнал мою толстую научную статью, а значит, можно ещё немного поиграть в науку.

IMG_6115

Collapse )