Tags: прекрасные женщины

road

From Osaka with love

И вовсе не табаком, который вообще-то запрещён на улицах (но разрешён в едальнях - парадокс!), а... французской выпечкой пахнет на улицах Осаки. А ещё - тепаньяки, якитори и раменом, преисполненным умами. В аниме любят показывать такое: крупный план, медитативно скользящий по еде. Осака, данная нам в ощущениях, сконцентрировалась в ощущениях вкусовых. Что-то ритуально-символичное было в этом: прилетев в Осаку, мы обнаружили, что живём на улице, переполненной ресторанами и барами. Но никак не можем решиться зайти хотя бы в один из них. Это было похоже на языковой барьер: ты знаешь, какие слова нужно произнести, но каждый раз, когда собираешься сказать их вслух, чувствуешь подкатывающее к горлу цунами. Наконец, мы выбрали дверь попроще - и робко заглянули внутрь. Официант жестами объяснил, что мест нет. В следующей едальне ситуация была та же. Инициация едой быстро превращалась в квест восьмидесятого уровня. А впрочем, что в моей голове в него не превращается? Вот затем и нужны сёстры: для связи с реальностью и другими параллельными измерениями. Настя вошла в третью дверь - и реальность подчинилась, и инициация произошла, и Азия потекла по нашим венам.

IMG_6573

Collapse )
road

I am of Ireland, of the holy land of Ireland

Breaking news как они есть: сестра Анастасия, для которой я сочиняла сказки всё детство; благодаря которой мы обе выросли в Африке, и стали тем, кем стали; вместе с которой мы аматорско, но выспренне поём и играем музыку возрождения не первый год подряд; которая вообще-то исполняла в Кембридже соло на летней школе старинной музыки к вящей сестрической гордости; которая дарит краеугольное и волшебное, как дышит, не оглядываясь, ничего не прося взамен; без которой мне вообще сложно представить себе этот мир и его смысл - так вот, моя маленькая сестра уезжает жить и работать в Ирландию. Не когда-то, не в принципе, а в этом октябре.

Петь, программировать, распугивать привидений и пасти фейских овец. Тереблю лорда за рукав: нам придётся теперь родить детей, чтобы у них была ирландская крёстная фея. Всё это очень странно и закономерно: кажется, так работает гравитация Островов. Нельзя прожить больше половины жизни в бывшей британской колонии - и не попасть в её поле. Старый мир должен был забрать себе хотя бы одну из нас. Теперь мне снятся зелёные поля и серые скалы, я просыпаюсь в нетерпении, предвкушении, ожидании - так, словно это я лечу в Ирландию на полных парусах.

Цыганский ветер вечных странствий яростно стучит в моё сердце: ничто не сравнится с чувством билета в один конец, прожигающего карман. Приехать в Ирландию в самый Самайн, мимо людей, сразу к эльфам.
peace

***

В этом году я загадала себе всего одно желание: защитить диссер. Потому что диссер - логическое звено личной эволюции, такое же необходимое, как водительские права, аттестат зрелости и зонтик для рыбки. Для того, чтобы защитить диссер, надо сначала написать его, Аня. Диссер, пишись!

И можно было бы просто собрать мозаику из публикаций, если бы публикации можно было нанизать на одну какую-то тему, словно бусины на леску. Так какого же лешего ты пять лет писала статьи на совершенно левые темы? Искание истины и приключений, не иначе. Только так и может получиться, когда позволяешь себе разочаровываться и начинать с начала. Ещё раз. И ещё раз. Ещё много, много раз.

А тема лежала на поверхности всё это время, я держала её в руках в самом начале странствий, но не удержала. И вот - вернулась, сделав круг. Я сижу в универской кафешке, напротив меня - К., любовь и ролевая модель, крёстная фея, волшебная помощница, судьба и символ, человек и дирижабль. Рассказывая ей о своей науке, я нечаянно опрокидываю на себя большую чашку кофе. Не знаю, что это символизирует. Клякса неловкости, запах кофеина, несмываемая печать. "I have post-phd plans for you, you know," - говорит она. Значит, надо дописать этот треклятый диссер. Для того, чтобы дописать диссер, надо начать его писать, Аня.

И я пишу: Андрис Петрониус внезапно делает мне предложение, от которого невозможно отказаться. Я пишу без черновиков - сразу на конференцию, с нуля, за неделю, на бегу обсуждая сырые детали. Спасибо рождественским каникулам, у меня есть программистский задел, благодаря которому эксперименты запускаются по щелчку. Дальше - дело за малым, красивые графики, академический слог, которым я, кажется, скоро начну разговаривать во сне и наяву. В один из вечеров я работаю, как Золушка, со страхом поглядывая на часы и предаваясь отчаянию. Просыпаюсь в шесть утра от беспокойных математических снов - и немедленно снова сажусь за компьютер. Пишись, статья, пишись. Ты будешь первой главой моего opus magnum.

Отправив статью Андрису Петрониусу, принимаюсь танцевать: сказано - сделано! Лорд стоит тут же, скрестив руки и облокотившись о дверной косяк, смотрит на меня, тревожно улыбаясь, я вижу милые морщинки в уголках его серых глаз: Аня, да у тебя биполярное расстройство какое-то. Сначала ты плачешь, потом ты хохочешь, потом снова плачешь. "I am the best". "I am the worst". Всё так. Но статья готова, статья отправлена, статья принята. Я снова увижу К., и мы снова будем перетирать за науку, и я снова опрокину чашку кофе. Или зелёного чая. В июле. В Киото. В сердце, в сердце, в сердце.

Хватаю лорда за руку: поехали со мной! Но лорд рассудителен, и он... не любит наступать мне на пятки. Научные странствия в сторону мечты - моё личное приключение, маленький хрустальный экзистенциал, источник небесных энергий. Но я-то знаю: в Японии меня снова будет разрывать на тряпочки. Мне нужен кто-то, призма, зеркало, раствор для чистоты эксперимента. Мне нужно значение переменной. И я хватаю за руку сестру: Настя, уравнение без тебя не имеет решения. Мы когда-то давно пообещали друг другу поехать вместе в Лондон и постранствовать по толкинским местам, но не получилось: Настя первой отыскала шкаф в эту Нарнию и уже стала её королевой. Зато есть целый Миядзаки, которого ещё можно пересказать друг другу. Чем ещё заняться двум девочкам, всё детство сочинявшим друг для друга иные миры.

Нет-и-не-будет. Страна, похожая на детство. Страна, которую мне так-хочется-кому-нибудь-подарить.

IMG_3189

Collapse )
telephone, телефон

God is a bass

- А нашу религию как ты назовёшь?
- Агностицизм.
- Мистический.
- И монотеистический.

И христианский, не отвертеться. Монотеистический мистический христианский агностицизм. Версия 2.0.

Из нашего ансамбля любителей Возрождения ушла Лора: quarter-life crisis, шутит Лиам. Ей двадцать с чем-то, и ей совершенно ожидаемо не сидится на месте. И всё равно репетиция подёрнута лёгким трауром: я боюсь, что нам не хватит нас, что мы перестанем петь по вторникам, что нельзя будет вот так запросто обмениваться книгами, печеньем и философией - кухонной, личной, в лучших традициях. Что нельзя будет жмуриться от удовольствия, когда Лиам с отцом поют ирландский гимн дуэтом, пританцовывая и заваривая чай. Что Настя перестанет, прижав палец к губам, подыскивать очередную метафору дыхательных путей, не теряя надежды превратить каждого из нас в тонко настроенный музыкальный инструмент. Что Майкл не будет больше рассказывать байки из католической семинарии, а Габриэлла перестанет ставить на нас кулинарные эксперименты. Что нельзя будет, прикрыв глаза и покачиваясь, плыть по волнам средневековой полифонии, легонько отбивая такт кончиком ступни. И, конечно, - что нельзя будет разглядывать черноглазую Лору, смешную, запредельно красивую, удивительную Лору, птицу с кошачьей повадкой. Мы одной крови - и одного регистра. Лорд Грегори хмыкает: Аня, по-моему, ты ревнуешь. Ровно в полночь от Лоры приходит смс: "My dear fellow alto... надеюсь, ты не злишься? Честное слово: я осталась бы, если бы могла." Мне немножко саднит (я влюблена, чего вы хотели), но я знаю, как это: когда дорога уходит в даль, её зов ничем не заглушить. Эльфы всегда уходят - за море, на заокраинный запад. Что делать, если суть мира такова. Пишу ответ: once a king or queen of Narnia - always a king or queen of Narnia. Добрых приключений!

Но Меган и Лайл вернулись, они по очереди укладывают младенца, пока мы распеваемся в соседней комнате. Я усаживаюсь на стул с высокой спинкой, приготовленный для Лоры. Привет, новая глава, эта книга ещё не закончена.
books and owls

Немного о сущем

Подруга риторически спросила в письме: возможно, внутренняя Нарния у каждого своя, но нельзя ли немного наличными? Неужели не должно всё это как-то материализовываться, воплощаться, отражаться вовне, просачиваться в третье измерение?

Манифестирую: должно. И просачивается. Недаром Николай Александрович Б. завещал нам не объективировать: платяные шкафы - это мы, это из наших глаз Нарния сыплется искрами. Быть - достаточно.

Я люблю ноосферу, виртуальное небо над головой и долгие разговоры с края на край Земли. Но и осязать я люблю, мне нравится ветер, вкус солёной воды, теплота ладони. Бумажные книги в моей системе ценностей лучше электронных. Кстати, вдруг вы не видели? amarinn написала книгу о том, как это - быть человеком. О любви, о смысле, обо всём, что важно. Электронная книга стала бумажной, Нарния выпала из шкафа сияющим кирпичом. А прямо сейчас amarinn выкладывает в своём ЖЖ второй том, и его можно читать в прямом эфире. Ретрофутуристическая артуриана, приключения, экзистенциальная философия - всё, как я люблю. И вам советую.

Другая моя подруга открыла на днях лавочку чудес: dainty_store_1. Мне кажется, это очень московское место, магическое, потерянное во времени - такой внезапный разлом между стен, отсвечивающий нездешним. Света - тот самый волшебный помощник, показавший мне однажды живую Москву: с медузами и винтовыми лестницами, готическими замками, каменными цветами. dainty_store_1 - это, если хотите, русский стимпанк, с самоварами и бубликами к чаю. Москва, которой нет. Нет, но всё-таки есть - вот же она! И нас туда пригласили.
books and owls

Personal, not private

Ну что, пора уже нашинковать тарелку воспоминаний, пока карта памяти не сбросила весь март и апрель подчистую. Странно: я думала, что, выбрав одного человека и один дом, стану меньше перемещаться в пространстве и больше строчить в ЖЖ, но не тут-то было: togetherness по-прежнему не даётся моему автопилоту, а ручное управление требует внимания и усердия, хотя сцепления я уже переключаю не глядя - буквально и метафорически. Думаю, гонять звездолёт по хайвею и жить с этим человеком я научусь одновременно - этак через полгода. Надо смириться с мыслью и успокоиться - в конце концов, смирилась же я с пресловутым хайвеем, не дававшим мне спать на новом месте первые несколько недель. "А ты воспринимай это как urban wildlife" - подсказал Лиам, и теперь я в машинах и самолётах узнаю зверей и птиц XXI века.

Отматывать плёнку удобнее всего в обратном направлении. Вот мы сидим в гостях у родителей Грега и взбиваем сливки для сконов, передавая миску по кругу в священном молчании. Мне нравится английская сдержанность, помноженная на английское дружелюбие, и интровертская лёгкость взбиваемой венчиком тишины, но я по-русски не чую границы, и неожиданно разглашаю тайны личности, едва открыв рот. "Не надо было рассказывать им об этом." - "Почему?" - "Потому что это личное." - "То есть единственное, стоящее разговоров." - "Нет, это слишком личное. I mean to say, it is private."

Дорога между Преторией и Бенони - марсианская трасса, прямая линия между небом и полями кукурузы, первые кадры Интерстеллар. Фермы, тот ещё запашок, мой любимый указатель: "MORIA, fresh eggs", чуть выгнутая спина земного шара и низко скользящие над ней самолёты. Если смотреть из космоса, вид будет примерно тот же: простая геометрия, понятная схема. Если подняться достаточно высоко, любая промзона обретёт красоту и смысл: потому что и это тоже - победа структуры над хаосом, то есть - жизни над смертью.

И ещё о победах: мой папа мимоходом изобрёл холодный термояд. С детства помню магическую фразу: горение воды. "Чем занимается твой папа?" - "Горением воды!" Загорелись в итоге кристаллы, и теперь папа читает об этом прекрасные лекции (лучше моих - отмечаю с завистью и уважением), а я на них - хожу. Всё-таки только физика - наука наук, остальное - игрушки и инструменты.

Но и партию в бисер закончить непросто. Я встречаюсь с Андрисом Петрониусом, великим и несменяемым. За первые десять минут беседы он сменяет тему моей кандидатской. Привет, белый лист, давно не виделись! Но это всё же новый виток: во-первых, первую статью уже приняли на конференцию, во-вторых - всё остальное (клубочек преемственности и магии: вернуться к теме, загаданной ещё в первый год магистратуры, и принять её из рук прекрасной женщины (тм), самой что ни на есть ролевой модели - I'm feeling lucky, как обычно).

На этот раз наука будет вершиться в Канаде, и я срочно пытаюсь выправить паспорт и узнать о Ванкувере хоть что-нибудь. Во-первых... Во-первых, наверное, не имеет смысла разыскивать друзей из прошлых жизней. Многовато утекло воды и улетело звёздной пыли. Во-вторых - там есть маяк и Тихий океан. Ну, и светлейшие умы человечества подтянутся. В общем, я делаю ставку на прекрасный июль. Осталось дожить до конца семестра.
peace

Live till further notice

Шестипенсовик с профилем Елизаветы и цветком протеи на оборотной стороне поселился у меня в кошельке. Универ - закрылся until further notice. Но это не значит, что я не могу гулять, где мне вздумается.

jackie

Collapse )


И вот ещё что: удивительная mara_petite раздаёт 30 открыток всем желающим до утра 18 января, и желающих всё ещё меньше тридцати. Я считаю, надо исправить эту вселенскую несправедливость.
top hat

В Кейптаунском порту

И вовсе не в порту, а просто в городе, но мне же надо как-то обозначить контекст? Наверное, здесь следовало канонически заказать какао, но мы пили "кофейное зелье" из красивых стеклянных бутылочек. Потом мы перейдём улицу и окажемся в книжном с большими витринами и просторным подвалом, в котором собирается не очень тайное общество любителей читать вслух. Загибаю пальцы: в Кейптауне есть океан, горы и книжный клуб. Книжный клуб, океан и горы.

IMG_3453

Collapse )
peace

Пролетая мимо со скоростью не света, но звука

Конец семестра, время есть только на студентов, которых я люблю и видеть не могу, но есть и более важные вещи: например, лотерея у nashi_busiki. Я жадно владею прозрачной бусиной тысячи оттенков из этого магазинчика чудес, а стеклянное хрустально-синее колье недавно подарила маме - теперь мы обе пропускаем сквозь себя свет совершенно особенным образом. Там очень красиво, и сегодня нас всех пригласили.



Фотография - авторства nashi_busiki.
books and owls

Три кварка для мистера Марка

Сегодня за завтраком папа в преддверии своей первой лекции по атомной физике рассказывал мне, как физики называли элементарные частицы. Кварки - словечко из стишка, а стишок - из джойсовского "Пробуждения Финнигана". Если верить википедии (я не могла не проверить хоть какие-то источники!), кварки - это крики чаек. Если верить папе, кварки - это ирландские сырники. Получается, мир сделан или из чаячьих криков, или из сырников. Лично я голосую за сырники.

А после кварков, конечно, понеслось. Первые три типа назвали довольно просто: up quarks, down quarks, strange quarks. Но классификацию пришлось расширить, и физики подобрали ещё пару эпитетов: beauty quarks, charm quarks. Выходит, на элементарном уровне мир состоит именно из этого - strangeness, beauty and charm. Я и раньше догадывалась, но теперь для пущей убедительности можно будет ссылаться на физику элементарных частиц. А ещё у кварков есть условный цвет и даже вкус - flavour. Зелёные нейтроны - научная реальность! Как не обожать вас, о физики?

Ещё я читаю книгу, которую написала моя сестра olga_1821, и это так же хорошо, как говорить с ней офф-лайн. И так же хорошо идёт за полночь. Мы два года не говорили офф-лайн. С этим надо что-то делать.

Upd: Выяснилось, что безличный top quark, обнаруженный последним, сначала назывался... *барабанная дробь* truth quark! Потом физики решили, что это чересчур нескромно. И всё-таки запомните: up quark, down quark, strange quark, beauty quark, charm quark, truth quark.